КАССАЦИЯ: СОВМЕСТНЫЕ ДЕЙСТВИЯ КДЛ БАНКА - БАНКРОТА ВЛЕКУТ СОЛИДАРНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

В 2019 г. суд установил основания для привлечения ряда лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «КБ "Гагаринский"», но приостановил производство в части определения ее размера до расчетов с кредиторами. В 2024 г. производство было возобновлено и суд первой инстанции определил размер ответственности контролирующих лиц в 1,87 млрд рублей солидарно. Апелляция изменила определение, установив разные размеры ответственности для Эдуарда Кадыргулова, Андрея Гордеева, Алексея Архипова, Александра Трындина и Алексея Коляскина. Гордеев, Коляскин и конкурсный управляющий банка обжаловали акты в кассацию, которая отменила постановление апелляции и оставила в силе определение первой инстанции, указав, что размер ответственности контролирующих лиц равен сумме непогашенных требований кредиторов, а оснований для снижения размера ответственности не установлено (дело № А40-151921/2015).

Итог

Арбитражный суд Московского округа отменил постановление Девятого арбитражного апелляционного суда и оставил в силе определение Арбитражного суда г. Москвы об установлении субсидиарной ответственности контролирующих лиц АО «КБ «"Гагаринский"» в размере 1,87 млрд рублей солидарно.

Почему это важно?

В рамках дела рассматривался вопрос о привлечении к ответственности А.Е. Гордеева и А.Е. Коляскина, осуществлявших полномочия единоличного исполнительного органа; Э.Ш. Кадыргулова, А.В. Архипова и А.В. Трындина, являвшихся членами Совета директоров банка, отметила Елена Гладышева, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «РИ-консалтинг».

Суд округа, продолжила она, указал, что основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности являлись:

1) выдача технических кредитов;

2) заключение сделок, причинивших ущерб банку и ухудшивших его финансовое положение, а именно – замена ликвидных активов (денежных средств на корреспондентском счете) на неликвидные (несуществующие вексельные обязательства); заключение и оплата мнимого договора подряда.

Основным эпизодом, повлекшим банкротство банка, по ее словам, являлась именно выдача технических кредитов, виновность в совершении которых установлена в отношении всех ответчиков. По иным эпизодам, подчеркнула Елена Гладышева, суд округа указал на неправильную оценку доказательств и обстоятельств, а именно:

- в части замены ликвидного имущества на неликвидное суд округа указал, что установленная в рамках уголовного дела подделка Э.Ш. Кадыргуловым подписей А.В. Архипова и А.В. Трындина имела место в отношении распоряжений на проведение операций по счетам НОСТРО, но не на протоколах, в соответствии с которыми А.В. Архипов и А.В. Трындин одобрили совершение спорных сделок (операций). Следовательно, их виновность, а также бездействие А.Е. Гордеева кассационный суд посчитал установленной и достаточной для привлечения солидарно к ответственности;

- в части заключения и оплаты мнимого договора подряда суд округа посчитал установленной вину как Э.Ш. Кадыргулова (в хищении данной суммы по уголовному делу), так А.Е. Коляскина и А.Е. Гордеева (за проведение платежей без должной осмотрительности);

- непринятие мер по предупреждению банкротства банка в форме бездействия в отношении всех ответчиков.

В общем и целом данная судом округа квалификация виновности ответчиков связана непосредственно с исследованием доказательств и степени их участия (возможности оказывать влияние и пресечь совершение злонамеренных действий) в отношении вменяемых сделок / действий. Следует отметить, что суд округа редко исследует (как в настоящем деле) непосредственно доказательственную часть и в подобных случаях преимущественно направляет спор на новое рассмотрение. Более того, в постановлении кассации нет ссылок на внутренние акты банка, касающиеся компетенции ответчиков (в части членов Совета директоров) для рассмотрения порядка принятия ими делового решения.

Подробнее по ссылке