КАССАЦИЯ: КОНТРОЛИРУЮЩЕЕ ЛИЦО ДОЛЖНО ДОКАЗАТЬ ДОБРОСОВЕСТНОСТЬ ДЕЙСТВИЙ

Департамент городского имущества города Москвы (арендодатель) и ООО «Элор» (арендатор) заключили договор аренды нежилого помещения. ООО «Элор» не исполнило обязанность по своевременному перечислению арендной платы, в результате чего образовалась задолженность. А в 2023 г. ООО «Элор» было исключено из ЕГРЮЛ. Департамент обратился в суд с иском о привлечении Ларисы Маклаковой, являвшейся гендиректором и участником ООО «Элор», к субсидиарной ответственности по долгам общества. Суд первой инстанции частично удовлетворил иск, но апелляционный суд отменил решение и отказал в иске. Кассационный суд указал, что суды не учли правовую позицию Верховного Суда РФ относительно распределения бремени доказывания при привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, и направил дело на новое рассмотрение (дело № А40-167773/2024).

Итог

Арбитражный суд Московского округа отменил постановление Девятого арбитражного апелляционного суда и решение Арбитражного суда города Москвы, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Почему это важно?

На уровне судов кассационной инстанции и Верховного Суда РФ сформировалась практика рассмотрения споров о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности ликвидированного юридического лица, в частности по распределению бремени доказывания сторон в таких спорах, отметила Елена Гладышева, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «РИ-консалтинг».

 Данный институт, по ее словам, является довольно новым, судебная практика по нему начала складываться в 2020 г., но уже имеются устоявшиеся принципы рассмотрения, сформированные Конституционным Судом РФ (постановление от 21 мая 2021 г. № 20-П), Верховным Судом РФ (определения от 30 января 2023 г. № 307 ЭС22-18671, от 6 марта 2023 г. № 304-ЭС21-18637, от 10 апреля 2023 г. № 305-ЭС22-16424, от 21 февраля 2025 г. № 305-ЭС24-22290) и кассационными судами.

Заявитель в таких спорах, пояснила Елена Гладышева, должен доказать:

1)исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия) контролирующего лица, которые привели к такому исключению (административное исключение, в том числе, свидетельствует о бездействии контролирующих лиц);

2) наличие убытков (задолженности) у кредитора, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

При доказывании вышеуказанных обстоятельств, подчеркнула она, бремя опровержения переходит к ответчику: ему необходимо будет раскрывать действительную хозяйственную деятельность общества и доказывать, что конкретные убытки возникли не по его вине и им предпринимались действия по их предотвращению и/или погашению.

Суд округа правильно указал, что в настоящем деле именно на ответчике лежит обязанность представления доказательств того, что общество и контролирующие его деятельность лица предприняли все надлежащие меры для погашения задолженности перед истцом. Настоящий кейс не является практикообразующим, подобные дела со стабильной периодичностью рассматриваются судами кассационной инстанции, в рамках которых суды констатируют вышеуказанные выводы Верховного Суда РФ и Конституционного Суда РФ.

Подробнее по ссылке