СУДЫ ОБЯЗАНЫ УЧИТЫВАТЬ РАНЕЕ УСТАНОВЛЕННЫЙ В ДЕЛЕ ФАКТ ИМУЩЕСТВЕННОГО КРИЗИСА

Конкурсный управляющий ООО «СЭМ Инжиниринг» оспорил два договора субаренды нежилых помещений, заключенных с аффилированным лицом — ООО «СЭМ», а также платежи по ним на общую сумму около 4 млн рублей. Управляющий сослался на неплатежеспособность должника в период 2020–2021 гг., отсутствие встречного исполнения и осведомленность ответчика о признаках банкротства. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований, указав на отсутствие признаков неплатежеспособности должника в спорный период, равноценное встречное исполнение и совершение сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности. Арбитражный суд Московского округа отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение, указав, что суды не исследовали наличие неисполненных обязательств перед кредиторами с более ранним сроком исполнения, проигнорировали ранее установленный в других обособленных спорах факт имущественного кризиса должника в 2020–2021 гг., а также не применили повышенный стандарт доказывания к аффилированному ответчику (дело № А40-177363/2023).

Почему это важно?

По мнению Елены Гладышевой, адвоката, управляющего партнера Адвокатского бюро «РИ-консалтинг», это интересный спор, а главное – актуальный.

Вроде фабула простая, сообщила она: сняли в субаренду помещение аж в 2020 г., банкротство в конце 2023 г. введено. Сделки длящиеся, в рамках деятельности должника. Суммы платежей менее 1% от активов компании на дату заключения договора. На первый взгляд, отметила Елена Гладышева, –обычная хозяйственная сделка, не вызывающая сомнений.

Однако конкурсный управляющий посчитал ее направленной на вывод активов (заключена с аффилированным лицом – сестринской компанией; не было потребности в дополнительных помещениях; на дату заключения уже первого договора имелись кредиторы, обязательства по оплате перед которыми уже наступили; по иным спорам об оспаривании сделок был установлен факт того, что в этот период должник уже отвечал признакам неплатежеспособности, а значит, оплата по договорам влекла причинение вреда правам кредиторов того периода).

Суды двух инстанций, уточнила Елена Гладышева, не усмотрели оснований к оспариванию, а суд кассационной инстанции усмотрел: «устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон».

Судебные акты двух инстанций отменены и дело направлено на новое рассмотрение с указанием, что: «суду первой инстанции следует установить наличие или отсутствие кредиторов и неисполненных обязательств должника перед кредиторами в спорный период, установить наличие или отсутствие имущественного кризиса должника в юридически значимый период и с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт».

Фактически судом предложено в каждом обособленном споре, несмотря на ранее вынесенные и вступившие в силу судебные акты по иным спорам, давать оценку не только правоотношениям сторон, но и наличию/отсутствию признаков неплатежеспособности в период совершения и исполнения сделки. Также немаловажен тот факт, что судам предложено устанавливать, были ли в тот период уже кредиторы и могли ли действия должника быть признаны как действия, направленные на вывод активов, уменьшение имущественной массы с целью причинения вреда правам кредиторов того периода. Нельзя считать данный судебный акт «прецедентным», но стоит учитывать выводы судов на новом круге рассмотрения спора для целей анализа аналогичных сделок и рисков их оспаривания в банкротстве, поскольку такие правоотношения в 90% случаев есть у каждой компании.

Подробнее по ссылке